— Иди веселись со своими друзьями-идиотами! Оставь меня в покое! Тоже мне, мамочка!

Джереми сел в запорошенную снегом машину и сердито хлопнул дверцей.

Бэт, спотыкаясь и поскальзываясь на каждом шагу, обежала машину и уселась рядом с ним.

— Я еду с тобой.

Шины забуксовали на заледенелом асфальте, Джереми рванул рычаг.

— Осторожнее — лед, — еще раз предупредила Бэт. Накинув ремень, она проверила, пристегнулся ли Джереми. — Осторожнее, Джереми. Это глупо. Притормози. Давай поговорим.

Но он, будто не слыша ее слов, сидел, сгорбившись, за рулем и не отрывал глаз от дороги. Бэт заметила, как, не сбавляя скорости, они пронеслись мимо знака «Стоп».

— Джереми! Так нельзя. Не спеши, пожалуйста!

Машину занесло, и они чуть не влетели в высокий сугроб на обочине. Бэт зажмурилась, ожидая удара. Но Джереми удалось вернуться на середину дороги.

— Ну пожалуйста, помедленнее, — упрашивала его Бэт, обеими руками вцепившись в подлокотники.

Джереми ее не слушал. Лучи фар вырывали из темноты мелькающие вдоль шоссе деревья и телеграфные столбы.

Бэт вгляделась в его лицо, освещенное лишь тусклым мерцанием лампочек на приборном щитке. Крепко зубы, Джереми смотрел прямо перед собой глазами, полными ненависти.

«Почему все всегда над ним издеваются? — подумала Бэт. — Почему у него, кроме меня, совсем нет друзей?»

Джереми почти не справлялся с управлением. Машину то и дело заносило, и лишь чудом они ни во что не врезались.

— Не гони, Джереми. Пожалуйста! — в сотый раз взмолилась Бэт.

Они неслись вперед по двухполосному шоссе. Обычно Бэт нравилось мчаться по ночному городу: у нее будто вырастали крылья. Но сегодня… На дорогах гололед, а Джереми совсем потерял голову…

Вот он проехал по сугробу, подняв белые фонтаны снега. Впереди в свете фар серебрилась дорога, покрытая толстым слоем льда.